Введение

Современные технологии генеративного искусственного интеллекта (ИИ) существенно трансформируют политическую коммуникацию, порождая новые методы создания и распространения политического контента. Эти технологии меняют традиционные механизмы политического воздействия, позволяя не только формировать политические нарративы, но и проводить тонкие манипуляции восприятием и поведением граждан.

Тренд на использование генеративного ИИ в политике набирает обороты, особенно в демократических странах, где цифровые платформы играют ключевую роль в формировании общественного мнения. Согласно отчету Center for Media Engagement о роли ИИ в выборах в США 2024 года[1], технология уже широко применяется для ускорения анализа данных, сбора информации и генерации контента. Это позволяет кампаниям проводить A/B-тестирование[2] сообщений в реальном времени, выявляя наиболее убедительные формулировки для целевых аудиторий. В глобальном масштабе, как указано в брифинге Европейского парламента от декабря 2025 года[3], генеративный ИИ ускоряет манипуляцию информацией, делая ее дешевле и эффективнее. Например, доля AI-генерированного контента в Интернете достигла 52 % к маю 2025 года[4], что привело к росту дезинформации, особенно в предвыборных кампаниях в Молдове, Словакии и США.

Основная часть

В современных условиях развития искусственного интеллекта проблема распространения не соответствующего реальности контента становится особенно острой: появляется широкий спектр проблем, связанных с разного рода манипуляцией, созданием фейковых новостей, дезинформацией. Это стало причиной появления нового понятия – «постправды», как своего рода механизма «изобличения всего, что претендует быть правдой, поскольку правда невозможна в мире тотального изобретения образов» (Якимов, 2020: 2). В контексте развития понятия «постправды» исследователи выделяют проблему «доверия к сообщениям в медиа, и проблему достоверности той реальности, которая оформляется в данных сообщениях» (Там же).

Теоретиками и практиками исследования медиа установлено, что возможности быстрого создания правдоподобного, но ложного контента усложняют мониторинг и реагирование на инфосреду, а также способствуют появлению новых форм цифровой агрессии и психологического воздействия[5]. В апреле 2023 года, сразу после объявления Джо Байденом о его выдвижении на второй срок, Национальный комитет Республиканской партии (RNC) выпустил тридцатисекундное сгенерированное ИИ видео[6], в котором было показано гипотетическое антиутопическое будущее в случае победы Байдена. В ролике демонстрировались сводки о ряде возможных кризисов: вторжение Китая на Тайвань, обвал мировых финансовых рынков, закрытие Сан-Франциско из-за преступности и переполнение южной границы США за счет наплыва беженцев. Ролик вызвал широкие дискуссии о допустимости таких методов[7].

ИИ-ролики, как показывает практика, становятся триггерами серьезной политической напряженности. В качестве примера можно привести индо-пакистанский кризис мая 2025 года: «одно сфабрикованное видео о потере двух истребителей способно за часы накалить общественные настроения, подстегнуть военную риторику и создать эффект эскалации, опережающий официальные опровержения»[8].

Важную роль в политической коммуникации играют чат-боты, работающие на базе ИИ, которые обеспечивают двустороннюю коммуникацию с избирателями. Они могут отвечать на вопросы, собирать обратную связь и формировать персонифицированные рекомендации, что усиливает вовлеченность и доверие к политическим субъектам. Это позволяет повысить качество взаимодействия при масштабных кампаниях с большим числом участников.

В числе основных функций автоматизированных чат-ботов на основе ИИ:

– автоматизация ответов на часто задаваемые вопросы. Чат-боты круглосуточно отвечают на вопросы о программах кандидатов, датах выборов, порядке голосования, адресах избирательных участков и т. д.;

– персонализация коммуникации. Боты анализируют профиль пользователя по набору параметров (возраст, пол, регион, интересы) и подбирают релевантную информацию: например, для молодежи – о молодежной политике, для пенсионеров – о социальных льготах и пенсионных выплатах;

– сбор обратной связи и мнений. Через опросы и диалоги чат-боты выявляют ключевые проблемы избирателей, что помогает кандидатам корректировать предвыборную кампанию;

– организация и информирование. Боты напоминают о важных событиях, отправляют приглашения на встречи, информируют о результатах голосования;

– аналитика и мониторинг. Собранные через чат-боты данные позволяют анализировать настроения, выявлять актуальные темы и реагировать на них в реальном времени.

К примеру, в ходе президентских выборов 2020 и 2024 годов в США штабы активно использовали чат-ботов для взаимодействия с избирателями. Бот штаба Джо Байдена отвечал на вопросы о политике партии, помогал зарегистрироваться для голосования и отправлял напоминания о важных датах. В 2024 году чат-боты интегрировались с мессенджерами (WhatsApp, Telegram) и соцсетями, что позволило охватить миллионы молодых избирателей. По данным Center for Media Engagement, использование чат-ботов повысило вовлеченность аудитории на 25–30 % по сравнению с традиционными формами коммуникации.

По данным, которые получили американские исследователи, «чат-боты с искусственным интеллектом оказывают на мнение избирателей большее влияние, чем традиционные предвыборные кампании на телевидении»[9]. В ходе проведенного эксперимента чат-боту удалось привлечь одного из 21 участников в группу, поддерживающую Камалу Харрис и одного из 35 избирателей убедить голосовать за Дональда Трампа. Исследователями было доказано, что  «влияние традиционной телевизионной рекламы оказалось менее значимым»[10].

Автоматизация таргетированной рассылки – еще один ключевой прием, которым сообщения адаптируются под интересы и мотивы пользователей на основе данных из публичных источников. «Возросли возможности микротаргетинга, то есть возможности доставлять персонализированные сообщения конкретным группам пользователей – избирателей» (Тризно, 2025: 98). Такой подход делает коммуникацию более точной и повышает ее результативность, однако одновременно увеличивает риск манипуляций и усиления политической поляризации (Устинович, 2024).

Среди наиболее эффективных приемов можно также выделить создание цифровых AI-аватаров и дипфейков – виртуальных персонажей, создаваемых и управляемых частично или полностью посредством технологий генеративного искусственного интеллекта. Виртуальные аватары «могут выступать в роли бренд-амбассадоров, дипфейк-технологии дают возможность задействовать образы известных личностей без их участия» (Потаскуева, 2025: 60). Создание AI-аватаров сегодня рассматривается специалистами в области GenAI как перспективное в экономическом плане направление. «Глобальный рынок виртуальных инфлюенсеров, оценивавшийся в 2024 г. в $6 млрд по прогнозам, достигнет $46 млрд к 2030 г., демонстрируя среднегодовой рост на уровне 40,8 %» (Цит. по: Парфун, 2025: 216).

Виртуальные аватары являются средством, усиливающим эмоциональное воздействие на аудиторию, и делают политические кампании более выразительными и запоминающимися. Несмотря на высокий уровень влияния, использование таких материалов порождает острые этические вопросы, связанные с манипуляцией и возможным подрывом доверия общества. Законодательные инициативы в разных странах пытаются регулировать подобные практики, вводя требования к правдивости и ответственности за создаваемый контент [Paget, 2024]. Одна из основных угроз подобной коммуникации – утрата «субъектности традиционными акторами политической коммуникации в результате их замены ИИ, незаметной для получателя политической информации» (Уртаева, 2024: 46).

К наиболее распространенным приемам генерации политического контента с применением технологий искусственного интеллекта также можно отнести создание мемов/карикатур, а также автоматизированное составление программных манифестов и агитационной документации. Высокая убедительность и запоминаемость таких сообщений достигается благодаря эффективному сочетанию эмоционального воздействия и аргументированного содержательного компонента. Данный феномен широко проявился в ходе предвыборных кампаний 2024-2025 гг., характеризующихся массированным внедрением указанных методик в политический дискурс различных стран мира, включая США, страны Европы, Латинской Америки и частично Россию. Наблюдения показывают, что именно перечисленные приемы преобладают среди прочего контента, созданного средствами генеративного ИИ, обеспечивая быстрый отклик аудиторию. «Интернет-мемы стали инструментом влияния на общественное мнение за счет широкого охвата аудитории, быстрого (вирусного) распространения, высокой эмоциональной нагрузки, точного попадания в актуальную тематику» (Напалкова, Семенов 2022: 66).

Эффективная реализация приемов обеспечивается использованием популярных платформ для генерации мультимедийного контента. Их спектр на сегодняшний день довольно широк, однако можно выделить тройку наиболее популярных: ChatGPT, DALL-E и Midjourney. Эти инструменты позволяют проводить кампании с высокой степенью персонализации и масштабируемости, а также экономят время и минимизируют финансовые затраты «заказчика». При этом гибкость и доступность позволяют политическим аналитикам формировать качественные запросы для генерации релевантных материалов, существенно снижающих порог технической подготовки пользователей[11].

Специализированные программные продукты (SMM-системы и платформы автоматизации маркетинга) ориентированы на автоматизацию управления кампаниями в соцсетях и на цифровых платформах. С их помощью происходит персонализация сообщений, мониторинг эффективности и корректировка контента с учетом реакции аудитории. Часто эти системы объединяют генеративные модули с аналитическими панелями (SMMplanner, Jasper AI, BotHub / GPTunnel и др.), что позволяет отслеживать контекст и выявлять тренды в режиме реального времени.

В государственном секторе ведется внедрение генеративного ИИ для оптимизации внутренних коммуникаций и поддержки принятия решений. В России, например, Минцифры реализует проекты по развитию компетенций госслужащих и созданию ИИ-систем стратегического планирования с элементами самообучения[12]. Эти решения служат основой для формирования новых стандартов взаимодействия и повышения эффективности управления. Такая стратегия «поможет сохранить определенный уровень доверия к политическим процессам в условиях внедрения ИИ, а также здраво оценивать эффекты, риски и последствия использования алгоритмов» (Себекин, 2023: 15).

Генеративный искусственный интеллект выступает одновременно и мощным инструментом модернизации политических процессов, и фактором значительных вызовов для общества и государственных институтов. Его применение позволяет совершенствовать методы анализа общественного мнения, прогнозирования электоральных настроений и автоматизации управленческих решений, что открывает новые горизонты эффективности в государственном управлении. Вместе с тем, эта технология трансформирует способы формирования политических нарративов, усиливая эмоциональную вовлеченность и персонализацию сообщений, но при этом повышая риски искажения информации и манипуляций.

Международное сообщество осознает двоякую природу подобных изменений: потенциал ИИ для решения глобальных проблем соседствует с угрозами дезинформации, подрыва доверия к фактам и безопасности, влиянием на легитимность выборных процессов и демократические институты, так как «…развитие ИИ-сервисов несет опасность появления огромных массивов не только никем не проверенных текстов, но и даже полностью выдуманных фактов, цифр и данных»[13]. Активизация генеративного ИИ в политической коммуникации способствует усилению эмоционального давления на избирателей, что вызывает обеспокоенность по поводу прозрачности выбора, а также создает новые вызовы для защиты прав человека и политического плюрализма. По мнению исследователей, «среди рисков, которые исходят от искусственного интеллекта в электоральном процессе, чаще всего отмечаю производство дезинформации, дипфейков, таргетированной политической рекламы, создание поддельных видео, бюллетеней, фабрикацию аудиозаписей и даже создание кандидатов, сгенерированных искусственным интеллектом» (Баранов, 2025: 618).

Внедрение генеративных технологий сопровождается сложностями для национальной безопасности и рисками манипулятивного вмешательства в политические процессы, требующими согласованных международных мер и механизмов контроля. На фоне стремительного развития ИИ возрастает необходимость комплексного подхода, сочетающего технологические инновации, правовое регулирование и этические стандарты для обеспечения справедливого и устойчивого функционирования политической системы.

Таким образом, инструментарий генеративного искусственного интеллекта в политике представляет собой комплекс современных технологий, объединяющих генерацию, анализ и управление контентом для достижения максимальной эффективности коммуникации. Одним из ее ключевых аспектов является сюжетность созданных сообщений. Она подразумевает создание логичных, эмоционально насыщенных и персонализированных нарративов, направленных на формирование и поддержание убеждений аудитории. Используя методы анализа больших данных и обработку естественного языка, ИИ адаптирует сообщения под уникальные характеристики каждой группы избирателей, обеспечивая их максимальную убедительность и привлекательность.

Процесс создания таких нарративов включает этапы анализа аудитории, подбора подходящей стилистики и эмоционального наполнения, а также последующей адаптации сообщений на основе обратной связи. Генеративные технологии усиливают классические методы политической пропаганды, повышая их эффективность и экономя ресурсы. Однако существует риск появления недостоверной информации и манипулирования сознанием, что выдвигает необходимость строгого контроля и осторожного использования этих инструментов. Также за счет того, что ИИ генерирует шаблонный контекст, снижается разнообразие нарративов и как следствие атрофируется критическое мышление у избирателей.

В условиях динамичного информационного поля политический контент с помощью искусственного интеллекта формируется не просто как совокупность фактов или лозунгов, но как эмоционально насыщенный нарратив, способный вызывать у аудитории сильные чувства и создавать устойчивые ассоциации с политическими фигурами и идеями. Такие сюжеты строятся на глубоком анализе социальных настроений и предпочтений, выявленных с помощью ИИ, что позволяет адаптировать нарративы к конкретным сегментам избирателей, повышая степень их вовлеченности и доверия (Уртаева, 2024).

Искусственный интеллект интегрирует возможности анализа больших данных и семантического моделирования, что облегчает выбор не только темы, но и эмоционального фона сообщения. Сюжет становится инструментом, позволяющим выстроить логическую цепочку и эмоциональное путешествие, где критические события, герои и антагонисты создают эффект сопереживания и мотивации к действию. Такой подход обеспечивает более глубокое запоминание и устойчивость политической информации в сознании аудитории, укрепляя политическую лояльность и усиливая поддержку. Контент PR-кампаний «становится динамическим, так как сообщения могут автоматически адаптироваться под конкретного пользователя, учитывая его интересы, предыдущие взаимодействия и предпочтения. ИИ позволяет доставлять политическую рекламу и контент наиболее релевантным группам избирателей, повышая эффективность PR-воздействия» (Тризно, 2025: 101-102).

Кроме того, с помощью ИИ возможно создание вариативных нарративов, которые трансформируются в режиме реального времени под воздействием обратной связи и изменения общественного мнения. Эти адаптивные сюжеты позволяют оперативно корректировать стратегию коммуникации, что особенно важно в условиях кризисных ситуаций или острых общественных дискуссий. В результате политические кампании становятся более гибкими и целенаправленными за счет избегания шаблонности и алгоритмизированного потенциала, «формирующего воздействия на массовое сознание в автоматическом режиме со стороны нейросетевых комплексов и систем, базирующихся на технологиях ИИ» (Володенков, Федорченко, Печенкин, 2024: 421).

Однако усиление сюжетности посредством автоматизации и глубокой персонализации не только увеличивает эффективность, но и порождает серьезные этические и социальные вызовы. Во-первых, использование ИИ для формирования нарративов может привести к манипулятивным практикам, когда ключевые факты и контексты искажаются ради создания желаемого эмоционального эффекта. Это снижает информационную прозрачность и подрывает качество политического диалога, способствуя росту недоверия в обществе. «Использование ИИ в политической коммуникации чревато появлением еще более изощренных методов информационного воздействия на граждан. Уже сейчас нейросети могут создавать массовый поток контента (флуд), выдавая его за человека (армии ботов с “человеческим лицом”)» (Черкасова, Позднякова, 2025: 199).

Во-вторых, появление дипфейков и схожих технологий усложняет восприятие реальности, так как создаются искусственные, но правдоподобные истории, способные дестабилизировать политическую обстановку и дискредитировать легитимные институты власти. Это ставит перед обществом сложную задачу распознавания реального и поддельного, а также вынуждает политические структуры применять новые методы контроля и противодействия дезинформации. Исследователи рисков использования ИИ в политической коммуникации выделяют ряд мер для снижения угроз использования ИИ: «регулирование использования ИИ в политических кампаниях, включая выработку единых правил и ограничений на использование ИИ в политических кампаниях, <…> развитие технологий борьбы с дезинформацией и фейковыми новостями, <…> создание независимых организаций для проверки информации; – обеспечение. систематического мониторинга политических коммуникаций на предмет распространения дипфейков и использования деструктивных ИИ-алгоритмов; – разработка механизмов усиления прозрачности при использовании ИИ в политических кампаниях…» (Уртаева, 2024: 49).

Наконец, распространение сюжетов, созданных ИИ, оказывает влияние на формирование общественного мнения в долгосрочной перспективе, что требует повышения внимания к вопросам ответственности, соблюдения этических норм и регуляции использования подобных технологий. «Алгоритмы могут сохранять скрытое смещение (предвзятость), заложенные в данные или код. Например, система определения может хуже распознавать лица определенных этнических групп. Или алгоритм отбора резюме может отсеивать кандидатов по признаку возраста, пола и т. п. – что недопустимо. <…> Этические стандарты требуют периодической проверки алгоритмов на предмет справедливости, но пока это на совести разработчиков» (Черкасова, 2025: 199).

Отсюда следует, что сюжетность занимает центральное место в создании убедительных политических сообщений с привлечением генеративных ИИ – она улучшает коммуникацию, делая ее эмоционально насыщенной, адаптивной и персонализированной. Вместе с тем такие возможности порождают многогранные угрозы, влияющие на качество демократических процессов и доверие к публичной информации.

Заключение

Подводя итог, отметим, что анализ приемов создания контента выявил разнообразие методов, от генерации персонализированных текстов и визуальных образов до использования интерактивных чат-ботов, что кардинально меняет традиционные способы взаимодействия с избирателями и расширяет возможности масштабного воздействия.

Выделение инструментальных средств, включая современные языковые модели и платформы интеграции контента с аналитическими системами, показало, что эффективность политических кампаний во многом определяется синтезом технологий генерации, анализа и адаптации сообщений под конкретные аудитории. Это способствует не только повышению релевантности и эмоциональной насыщенности материалов, но и формированию сюжетности как ключевого элемента убедительной политической нарративности.

Особое внимание уделялось функции сюжетности, ведь именно структурированное эмоциональное повествование усиливает восприятие и запоминание политических месседжей, формируя устойчивые связи между избирателями и политическими субъектами. Вместе с тем автоматика и персонализация сюжета создают новые вызовы в виде возможных манипуляций, искажения фактов и усложнения распознавания подлинной информации.

Риски для национальной безопасности, тесно связанные с генеративным ИИ, выявили угрозы информационной дестабилизации через распространение дезинформации и дипфейков, а также концентрацию цифровой власти в руках ограниченного числа технологических гигантов. Государственные инициативы и международные дискуссии свидетельствуют о необходимости комплексных мер, включая технические, нормативные и этические механизмы противодействия таким вызовам.

Перспективы дальнейших исследований ориентированы на междисциплинарный подход, совмещающий технические, социологические и этические методы, что необходимо для оценки комплексных последствий внедрения ИИ в политическую коммуникацию и формирования сбалансированных стратегий развития. Также подчеркнута важность сохранения творческого и стратегического участия человека в управлении политическими нарративами.

Генеративный искусственный интеллект в политической коммуникации является одновременно мощным средством повышения эффективности взаимодействия с обществом и источником новых вызовов для безопасности и этичности политического процесса. Осознание этих двояких эффектов и выработка адекватных инструментов мониторинга, регулирования и просвещения становятся ключевыми задачами для устойчивого развития демократических институтов в условиях цифровой революции.